Эдит Пиаф. Ватикан запретил отпевать грешницу, но проститься с ней пришло 40 000 французов
Эдит Пиаф никогда не была красивой. «У нее было ощущение неполноценности из-за своего безобразия», — писала Марлен Дитрих. Сама певица, оглядывая свою фигуру, говорила: «Грудь висит, попа низко, а ягодиц кот наплакал. Не первой свежести. Но для мужика это еще подарок!» — вспоминала ее сводная сестра Берта Симон.
При этом что-то неуловимое, но четко осязаемое в реальной жизни — ее взгляд, голос, сметающая всё энергия — притягивало к этой миниатюрной женщине лучших мужчин того времени. Она никогда не была одна. Шарль Азнавур, Жак Пилс, Ив Монтан, Жан Кокто, Жан Маре сопровождали её на протяжении всей жизни. Но любовью всей жизни для Эдит Пиаф стал Марсель Сердан.
1944 год. Париж только что освобождён. Эдит Пиаф — суперзвезда, королева французской эстрады. Ей 29 лет. Иву Монтану (настоящее имя Иво Ливи) — 23 года. Он работает барменом на вокзале и поёт в маленьких кабаре. Он красив, обаятелен, полон амбиций, но абсолютно неизвестен. Их знакомство устроил импресарио.
По легенде, Пиаф пришла в «Мулен Руж» посмотреть на молодого артиста. Её покорили его мужественная красота, природный магнетизм и мощный, немного грубый голос.
Пиаф взяла Монтана под полный контроль. Их отношения с самого начала были смесью профессионального договора и страстного романа. Она заставила его сменить имя с «Иво Ливи» на более звучное «Ив Монтан». Она заставляла его по шесть часов в день репетировать перед зеркалом жесты, взгляды, движения..
«Она была моим театром, моим кино, моей музыкой», — говорил Ив Монтан. Пиаф ввела его в свой круг общения и взяла с собой в турне. Она, королева, выходила на сцену с никому не известным артистом, представляла его публике и пела с ним дуэтом. Для публики они были идеальной парой: хрупкая гениальная певица и красивый молодой любовник ростом 187 см.
Совместное турне по Франции и США (1945-1946) стало триумфом. Публика сходила с ума. Монтан проснулся знаменитым. Но именно в этот период их отношения дали трещину.
Монтан начал получать собственные предложения и хотел самостоятельности. Пиаф, привыкшая к тотальному контролю, ревновала к его успеху. Из ученика он превращался в коллегу, а затем и в конкурента.
Пиаф открыла перед ним двери кинематографа. На съёмочной площадке он встретил актрису Симону Синьоре. Через три года Монтан ушёл от Пиаф к Синьоре и женился на ней.
Для Пиаф этот разрыв стал тяжёлым ударом. Она чувствовала себя не только брошенной женщиной, но и преданным продюсером. Однако именно этот разрыв позволил Иву Монтану стать самостоятельной фигурой, а не вечным «протеже Пиаф». Монтан всегда с уважением признавал: «Всё, что я умею, я научился у Эдит Пиаф».
1946 год. Молодому Шарлю Азнавуру (тогда Шахнуру Варинагу Азнавуряну) 22 года. Он невысокого роста, с нестандартной внешностью, поёт хриплым голосом.
Пиаф, которой уже 30 лет, пришла в ужас от его внешности, но согласилась послушать. Её вердикт был резок: «Ты ужасен. У тебя никогда ничего не выйдет. Но я возьму тебя с собой в турне, потому что ты пишешь гениальные песни».
Он переехал к ней домой и стал одновременно шофером и секретарем. «Это тот носастый парень, который живет у Пиаф и пишет для нее песни», — так воспринимали его репортеры. Как-то Эдит заявила: «Шарль, у тебя ужасный нос! С этим надо срочно что-то делать», — и сама оплатила операцию.
Она учила его всему: как держаться на сцене, как двигаться, как носить костюм. Она заставила сменить фамилию с «Азнавурян» на «Азнавур» и ввела в круг парижской богемы. Стоило ей среди ночи захотеть пирожных — он мчался за ними на другой конец города.
Если ей хотелось поделиться впечатлениями о новом любовнике — именно Шарль слушал её часами. «Тем, кто считает, что мы были любовниками, недоступна правда нашей истории, — говорил Азнавур. — Когда она плакала у меня на плече от того, что ее бросил мужчина, это было прекраснее всего». После смерти Пиаф в 1963 году он посвятил ей песню «Edith» со строками: «Ты научила меня всему, всему, что знала сама... Ты сказала мне: "Мальчик мой, будь сильным, жизнь жестока"».
Пиаф легко влюблялась и бросала любовников. «От мужчины надо уйти до того, как он подумает, не уйти ли ему. Когда любовь остывает, ее нужно или разогреть, или выбросить», — говорила она. Так было, пока она не полюбила Марселя Сердана.
Осень 1947 года, Нью-Йорк. Эдит Пиаф, 32 года, — национальная икона, голос Парижа. Марсель Сердан, 28 лет, — непобеждённый чемпион мира в среднем весе. Их познакомил владелец ночного клуба Жак Пиллс. Пиаф, обожавшая бокс, сразу обратила внимание на могучего, но застенчивого марсельца. Сердан был очарован этой хрупкой женщиной с исполинским голосом. Чемпион смотрел на неё с обожанием: «Эдит, ведь ты всего треть от моего веса, я дуну на тебя, и ты рассыплешься! Но какой у тебя голос!» Он называл её «маленькой моей», а она его — «маленьким Марселем».
Эдит светилась от счастья: она обрела героя, готового ради неё на всё. Он стал первым мужчиной, который тратил на неё деньги, а не наоборот. Чемпион купил ей первое норковое манто. «Мне бы в жизни такое в голову не пришло, а он догадался», — рассказывала счастливая Эдит. Но бросить жену и трёх сыновей боксер не мог. Пиаф не хотела уводить его из семьи: «Нельзя, чтобы страдали невинные. Если бы у Марселя не было детей, всё оказалось бы намного проще».
Журналисты узнали о романе. Сердан устроил пресс-конференцию, где заявил, что Эдит — его любовница, и любовница только потому, что он женат. После этого о паре не появилось в газетах ни слова. А певица получила корзину с цветами и запиской: «От джентльменов. Женщине, которую любят больше всего на свете». Когда Сердан проиграл бой за титул чемпиона Европы, газета «Франс-Диманш» опубликовала статью «Пиаф приносит Сердану несчастье». Жена боксера прислала телеграмму: «Между нами все кончено, я подаю на развод». «Если ты уйдешь из дома, я тебе оторву голову», — ответил супруг. В письме жене он убеждал её в сердечной дружбе с Пиаф. Маринетта сделала вид, что поверила.
В конце лета 1948 года Сердан прилетел в США для боя за звание чемпиона мира. В спортивном лагере соблюдался строгий режим. Пиаф не выдержала разлуки и через три дня тайком приехала к нему. Десять дней она жила в бунгало за закрытыми шторами, без горячей воды и света, питаясь чаем и бутербродами. По ночам они встречались. Затем Пиаф уехала на канадские гастроли. Сердан выиграл бой. Пиаф была среди зрителей и от волнения порвала шляпу сидевшего рядом. Ходили слухи, что после победы чемпион шёл в её квартиру по ковру из лепестков роз.
Именно ему она посвятила «Hymne à l’amour». Строчки «Если однажды жизнь разлучит нас, умри, я последую за тобой» стали пророческими. Эдит была на гастролях в Нью-Йорке. Марсель заказал билет на пароход, но Пиаф позвонила: «Марсель, ради бога, скорей прилетай самолетом! Я не могу без тебя!» — «Хорошо, дорогая, завтра я вылечу». В районе Азорских островов его самолет потерпел катастрофу. Все погибли. Его труп опознали по часам — он носил их на обеих руках. Эдит стояла за кулисами, готовясь к выступлению. Ей передали известие. Она вышла на сцену и произнесла: «Я буду петь в честь Марселя Сердана. Только ради него». И запела «Гимн любви». Зал обезумел, а её без чувств унесли со сцены.
Пиаф заглушала боль антидепрессантами. Она сломалась, стала пить, ходила по улицам в старых вещах и пела прохожим. В Париж пришла телеграмма от жены Сердана: Маринетта просила Эдит приехать в Касабланку. Две женщины, любившие одного мужчину, стали подругами. Делить им было больше некого.
Эдит пережила Марселя на 14 лет, но так и не оправилась. С 1951 по 1963 год она пережила четыре автомобильных катастрофы, одну попытку самоубийства, четыре курса дезинтоксикации, три гепатические комы, приступ безумия, два приступа белой горячки, семь операций, две бронхопневмонии и отек легкого. Она весила 33 килограмма, ноги высохли, на голове почти не осталось волос. Но она выходила на сцену, даже когда не могла разжать скованных артритом рук.
В больничную палату постучался высокий черноволосый парень, давний поклонник. Его звали Теофанис Ламбукас. Он был греком, парикмахером, вдвое моложе её и любил до безумия. Он знал все её песни наизусть, приносил цветы и дежурил у палаты. Только ему врачи сообщили, что жить Пиаф остался год — рак печени. Через несколько месяцев Тео предложил пожениться. Окружающие не верили в его искренность. Но как вспоминала его сестра: «Он не замечал, что руки Эдит скрючены, что она выглядит столетней старухой. Он никогда не оставлял её». 9 октября 1962 года Пиаф вышла замуж за Ламбукаса.
Она придумала ему псевдоним, который в переводе с греческого означает «я тебя люблю», и заставила выйти на большую сцену. Впервые они выступили вместе в зале «Олимпия». Пиаф отреклась от католичества, чтобы пройти обряд по греческой православной традиции. К моменту свадьбы у неё за душой почти ничего не было — огромное состояние она растратила, погрязнув в долгах. Как-то она призналась: «По-настоящему я любила только Марселя Сердана. И всю свою жизнь ждала только Теофаниса Ламбукаса». 27-летний красавец проводил дни и ночи у её постели, кормя с ложки, принося подарки и читая книги.
Перед кончиной Пиаф попросила мужа дать клятву не летать самолетом. За несколько дней до смерти она, вопреки запретам врачей, вышла к зрителям и исполнила «Нет, я не жалею ни о чём». Эдит умерла 10 октября 1963 года. Ей было 48 лет. Ватикан запретил отпевать грешницу, но проститься с ней пришло 40 000 французов. Тео сдержал обещание не летать самолетами. Он начал карьеру певца и погиб в автомобильной катастрофе через семь лет после смерти жены. Его похоронили в том же склепе, что и Эдит.