← вернуться к рассылке

Женщина с синим платочком Клавдия Ивановна Шульженко

Женщина с синим платочком Клавдия Ивановна Шульженко

112 лет назад, 24 марта 1906 года, родилась Клавдия Ивановна Шульженко.

Народная артистка СССР.
Отец, харьковский бухгалтер, играл в самодеятельном духовом оркестре, иногда пел в любительских концертах. Именно он первым познакомил дочь с народными русскими и украинскими песнями и с городскими романсами.Однажды, напевая дома «Снился мне сад в подвенечном уборе», девочка услышала аплодисменты и восторженные крики соседей, которые собрались под окнами и просили спеть еще. Клава не постеснялась и исполнила романс «По старой калужской дороге».
Одобрение родственников и знакомых вдохновило шестнадцатилетнюю Клавдию на довольно смелый поступок. В 1923 году девушка пришла в Харьковский драматический театр, которым тогда руководил Николай Синельников, и бодро предложила взять ее в труппу.
На вопрос Синельникова, что же она умеет, Клава решительно ответила: «Петь, танцевать и декламировать!». Юная круглолицая девушка с косичками «корзиночкой» в нарядном мамином тайно взятом платье очаровала великого режиссера. «Подыграй-ка ей, Дуня. А вдруг?» – обратился он к Исааку Дунаевскому, заведовавшему музыкальной частью театра. И девушка запела, изо всех сил взмахивая руками, чтобы походить на свою любимую актрису Надежду Плевицкую. Музыкальный талант и детская непосредственность Клавы сделали свое дело – в труппу ее взяли. И мама впервые не ругала за платье.
Попасть в труппу Синельникова считалось большой удачей для начинающего актера. Это был один из лучших театральных коллективов периферии. Еще до революции в театральной среде сложился афоризм: «В императорском училище – школа, у Синельникова – университет». Учеба в Харьковском театре была путевкой в большую эстраду.
Несколько лет Шульженко проработала в театре, но, выступая в основном в массовках и хоре. По рекомендации Синельникова она начинает заниматься вокалом с профессором Харьковской консерватории Чемизовым. И очень скоро становится постоянной участницей спектаклей-дивертисментов, которые регулярно устраивались в театре. Все чаще ее приглашают выступать в клубах, все больше ее начинает признавать харьковская публика.

Она пела о любви, а не о комсомоле
Хотя драматической актрисой Шульженко так и не стала, работа в Харьковском театре не прошла бесследно. Ее актерские способности проявились в эстрадном песенном жанре, где ей удавалось все: лирика, юмор, танец, актерская игра.
Истинное признание у публики пришло к Шульженко в Ленинграде, куда она уехала однажды и которому в результате отдала полжизни. Весной 1928 года ее пригласили в качестве эстрадной певицы выступить на концерте, посвященном Дню печати, на сцене Мариинского театра. Буквально за один вечер имя Клавдии Шульженко стало известным. На «бис» вызывали трижды. Посыпались предложения выступать. И зритель шел уже «на Шульженко», только «на Шульженко».
В 1929 году она становится солисткой Ленинградской эстрады и выступает в Московском мюзик-холле. Одна за другой выходят пластинки, которые распродаются тысячами. Казалось, не было и дома, где бы не звучали ее «Челита», «Распрягайте, хлопцы, коней!», «Записка», «Гренада», «Кирпичики», «Дядя Ваня», «От края до края», «Портрет».
Шульженко не обладала уникальной внешностью и сверхъестественным голосом, слова ее песен были на удивление просты. Зато ее исполнение отличали безупречный вкус и неподдельная искренность. В репертуаре Шульженко никогда не было случайных песен – певица исполняла только то, что было созвучно ее мировосприятию. Она пела о любви, но ее песни не были песнями упадка, тоски и печали, а зажигательные джазовые мелодии придавали им ритмичность. Для каждой песни Шульженко искала свои интонации, избегая надрыва и раздражающей сентиментальности. Во всем такт и чувство меры. Песни Шульженко подкупали своим оптимизмом и новизной, их хотелось слушать и подпевать. Интересно, что попытки других артистов исполнить песни из репертуара Шульженко заканчивались провалом. За исключением, пожалуй, Аллы Пугачевой, которая никогда не задавалась целью копировать певицу, а исполняла ее песни в собственной манере.

В то время как вся страна подпевала Шульженко, советские критики негодовали: «сомнительный репертуар», «вчерашний день», «интернациональная экзотика», «чепуха какая-то».

Вопреки мнению критики Шульженко продолжает выступать и в 1939 году становится лауреатом Всесоюзного конкурса эстрады. В жюри конкурса, которое возглавил Дунаевский, входили Михаил Зощенко, Игорь Моисеев, Леонид Утесов и многие другие.

Джаз с Коралли
В конце 30-х из Одессы в Ленинград приехал веселый, обаятельный конферансье-куплетист Владимир Коралли. Все эстрадные певицы сразу же в него влюбились.
Шульженко и Коралли встретились случайно в вагоне поезда. Оба ехали в Нижний Новгород, куда были приглашены участвовать в мюзик-холле. В скромной, по словам Коралли, меланхоличной девушке он узнал молодую певицу и тотчас влюбился. Вспыхнул роман, шумный, стремительный.
Браку Шульженко и Коралли препятствовала и мама Коралли, мадам Кемпер. Считая всех эстрадных певиц ветреными и сумасбродными, она не хотела, чтобы ее сын женился на одной из них, да еще и не еврейского происхождения: «Что скажут предки?» Но маме и предкам пришлось уступить – свадьба состоялась.
Коралли и Шульженко прожили вместе 25 лет. У них родился сын Гоша, которого родители таскали с собой по концертам и командировкам – можно сказать, за кулисами и вырос.
В совместной жизни Шульженко и Коралли были и ревность и измены, зато в творчестве – полное взаимопонимание и поддержка. В середине 30-х годов супруги создают свой джаз-бенд. Тогда все были влюблены в джаз, и ансамбль, гастролирующий по стране, пользовался огромной популярностью.
Вести о наступлении войны застали джаз-банд на гастролях в Ереване. Шульженко и Коралли тут же вернулись в Ленинград и добровольно вступили в ряды действующей армии.

Грузовик – тоже сцена
Ее сценической площадкой становились прифронтовая землянка, форты Кронштадта, больничная палата, деревянный сарай, поле аэродрома, лесная опушка. Но в любых условиях она появлялась на публике в концертном платье и туфлях на каблуках.

Однажды Шульженко пришлось выступать в кузове грузовика с откинутыми бортами. Концертное платье пришлось надевать в кабине, а когда артистка залезала на «сцену», сломала каблук. Концерт давала под баян, стоя на цыпочках. Во время выступления произошел налет. Ударили зенитки, раздались взрывы. Певицу буквально столкнули вниз, и кто-то прижал шинелью к земле. Когда дали отбой, Шульженко поднялась, отряхнулась и допела концерт. Но уже без туфель.
Это лишь эпизод из биографии Шульженко, таких концертов было множество: только за 1942 год – более 500. Солдаты отвечали ей благодарностью: писали письма, хранили ее фотографии и пластинки, дарили цветы. А в военное время их можно было достать только на нейтральной полосе с автоматом в руках.
Самая известная песня Шульженко, «Синий платочек», появилась в репертуаре певицы именно в военные годы.
В 1942 году Клавдия Шульженко была награждена медалью «За оборону Ленинграда», а в 1945-м получила звание заслуженной артистки РСФСР.

Как испортить отношения с властью
В конце 40-х годов певица продолжает быть фантастически популярна. Тираж ее пластинок достигает 170 миллионов экземпляров (сегодня альбом считается платиновым, если расходится тиражом 1 миллион экземпляров).
Голос Шульженко становится символом эпохи Великой Отечественной войны, его часто используют, чтобы обозначить время в художественных и документальных фильмах.
В 1976 году на последнем юбилейном концерте в Колонном зале Дома союзов народная артистка СССР исполняла свои лучшие песни военных лет по заказу благодарных слушателей из зрительного зала. Для концерта Вячеслав Зайцев подарил Клавдии Ивановне коллекцию из трех платьев: романтическое серое, женственное голубое, ослепительное алое. «Уходить надо красиво, это как в пьесе – последний аккорд. Он особенно запоминается».
Через 8 лет Шульженко умерла, и в день ее похорон светило солнце.

Кристина Рудык

24.03.2018
Участвуйте в народном рейтинге интересных историй и фактов. Если вам понравилась статья - жмите на кнопку. Это интересно 50
Пост!